ГлавнаяО МузееНовостиКоллекцияВыставкиВиртуальная ЭкскурсияРесурсыОбщениеАрт-Салон

Московский Музей Современного ИскусстваART

Поиск
Поиск
Обратно


Нателла Тоидзе. Красное сухое
Красное сухое

Нателла Тоидзе. Тревога
Тревога

Нателла Тоидзе. Охота
Охота

Сванетия. Ушгули
Сванетия. Ушгули

Нателла Тоидзе. Флора
Флора

Нателла Тоидзе. Фауна
Фауна

Новости
20 мар 2004 Зураб Церетели приютил погорельцев из Манежа
24 дек 2003 Музеи, музеи
24 дек 2003 Кубические причудливости
23 дек 2003 Музей открывается
Адрес: Петровка 25
Телефон: 200-2890
Часы работы: 
ежедневно с 12.00 до 20.00 (касса до 19.00)
в субботу и воскресенье с 11.00 до 19.00 (касса до 18.00)
выходной - вторник

Невыразимое через невыражение впечатлений

17 янв 2002   Лия Адашевская  Декоративное искусство

Когда я впервые столкнулась с работами Нателлы Тоидзе, то первым моим впечатлением от увиденного было ощущение острой необычности. Сегодня так никто не пишет. Не современно? Не актуально? Так можно было бы сказать, если бы так писали раньше. Но то, что я увидела, не вписывалось ни в одну из схем, заложенных в моем детерминированном мозгу. Поэтому следующим моим чувством было недоумение на стыке с раздражением. Метод, основанный на умении комбинировать и сопоставлять, формулировать и определять, и не столько судить, сколько отбирать, едва ли здесь годился. Мы все сегодня жаждем оригинальности, оплакиваем ее отсутствие, при явной ставке современных авторов на оную. Когда же сталкиваемся с ее явным выражением, то теряемся. Оригинальность — чудная штука, но к ней надо привыкнуть. Я неожиданно поняла Поля де Сен-Виктора, французского писателя и критика середины XIX века, виртуозно владевшего слогом и отличавшимся оригинальным способом выражения, но при всем при том облаавшего одной единственной слабостью — он был способен воспринимать только ту красоту и оригинальность, только ту действительность, которая уже выкристаллизовалась в искусстве.

Поэтому, наверное, я так обрадовалась, когда мой взгляд упал на ранние работы художницы (все, о чем речь шла выше, касается картин, написанных в последние 3-4 года) — замечательные пейзажи, небольшие по размеру, выполненные в смешанной технике. Удивительная красота, свежесть, непосредственность восприятия — краски Грузии, Новгорода, Москвы... Но в большинстве своем это виды грузинских поселений - «Сванетия. Ушгули», «Над Курой», «Кутаиси. Над Риони», «Сванетия. Уборка сена», написанные сочно, свежо. По ощущению постимпрессионизм в стадии становления, еще несущий в себе многое от импрессионизма, ранний Сезан. Но поэзия — Грузии, поэзия «гор и вод» — плеск быстрых рек, горное эхо, музыка Кавказа... - красочные пятна порождают поток сложных звуковых ассоциаций. В этих пейзажах, небольших по масштабу, но преисполненных значительного величия, художнице удалось создать образ поистине монументальный, не лишенный при этом элементов эпического лиризма. Удивительно умение Нателлы Тоидзе уловить и передать в цвете не только душу пейзажа, а шире - природы, но и душу народа, то основное, что в ней присутствует, что составляет ее ментальность и что не формулируется в слове, но чувствуется на интуитивном уровне.

Мой взгляд опять упирается в будоражащие воображение работы последних лет. В чем же дело? Что меня так в них смущает? Пейзажи. Но теперь это уже холсты довольно большого формата. И вопреки ожиданиям - не панорамные изображения. Их можно было бы назвать фрагментарными, если бы они не были так композиционно закончены. «Бурелом», «Золотые шары», «Август» - цветы, стебли, листья, стволы деревьев - вся эта растительность взята крупно — в натуральную величину. Нателла Тоидзе работает с натуры. То есть все эти большие холсты, натянутые на подрамники в среднем 1,5 х 1,5 м выносятся на пленэр и... Вот так уж точно никто сегодня не пишет. Но, рисуя один к одному, Нателла не имитирует натуру, а творчески ее воспроизводит, передавая впечатление произрастающей органики, - в красочном мазке ее кисти чувствуется такая пульсация материи, что возникает ощущение, что все эти былинки и мощные стволы продолжают расти и здесь — в реальном пространстве живописного холста. И кажется, что художница, не ограничиваясь фиксацией видимой, чувственно воспринимаемой реальности, а выявляя сокрытую в ней потаенную сущность, проникает в мистические тайны бытия, но вдруг останавливается у известной черты - абсолютная непостижимость. И начинается поэзия - искусство недомолвок и намеков. А главная тема поэзии, любой поэзии и во все времена, - это человек. И поэзия пейзажей Нателлы - это поэзия о человеке, даже если он отсутствует в картине природы художницы, а за редким исключением он в ней отсутствует, поэзия произрастающая из души. Но не только в пейзажах, но и в натюрмортах, и в изображениях животных, звучащих поэтическими метафорами, преломляется «человеческое, слишком человеческое».

Тревожное ощущение бытия, присущее человеку, просвечивается сквозь образ природы в «Хокку». Изысканная камееподобная утонченность ажура белого, черного и всевозможных оттенков синего вторит ритму стихов Басе:

«Старый пруд. Прыгнула в воду лягушка. Всплеск в тишине»

И художница в красках воплощает этот чрезвычайно своеобразный и искусственный поэтический жанр хокку — невероятная техника передачи невыразимого через невыражение впечатлений. Три цвета - три строчки хокку...

«Тревога»... Обезьяна выдвинута на первый план, ее застывшая в напряженной позе фигурка, судорожно прижимающая к себе детеныша, заполняет почти все пространство полотна -- в любую минута она готова сорваться, покинуть это пространство... Обостренная манера письма -- желтые вспышки безумия, страх мечется в переливах лилового, в натянутых, как струна, прочерках синего звучит напряжение... И такая пронзительность в почти нереальных глазах животного. Человеческих глазах. Право, эту работу можно было бы назвать — «Материнство».

Неуловимая зыбкая смысловая текучесть в полотне «Красное сухое». Украшенный венком из виноградных гроздьев и листьев баран похож то ли на жертвенное животное, приготовленное на заклание, то ли на бога виноделия Вакха... Необычно написана шкура животного — мозаичность, переливчатость и плотность мазка напоминает плитки смальты. Но в целом в «Красном сухом», как и в «Тревоге», колорит темен и сдержан, в фонах решительно преобладает чернота, придавая общему строю картин некоторую суровую мрачноватость.

Живописи художницы последних лет в большой мере присущ декоративизм. Декоративная целостность, что выражается в решении объемно-пространственной структуры, тяготении к уплощенности композиционных построений, в силуэтной или контурной интерпретации формы, в повышении роли орнаментально-ритмических построений элементов картины, в обобщении цвета в крупные массы. Особенно ярко это проявляется в таких полотнах, как «Флора и Фауна» и «Охота», цветовой и световой строй живописи которых отличается необычайной многогранностью, пластическим богатством и глубиной, создавая очень сложную «световую и цветовую партитуру».

Флора и Фауна — чернокожие девушки, темный силуэт которых делает их похожими па призраки из театра теней, утонченные, экзотичные. Какой контраст с привычным изображением двух прекрасных богинь растительного и животного мира. Персонажи, и девушки и животные, пребывают в состоянии статики — эстетический принцип «прекрасной неподвижности» - движения замедленные, словно ритуальные. Нечто древнее, религиозное, возвышенное сквозит в этом созданном художницей образе ничем не нарушаемого постоянства бытия. Все словно погружено в некую вневременную атмосферу. И в этой мистической полутьме внезапно, точно вопль в ночи, вспыхивает розовая свисающая гирлянда света. Художница упрощает состав отдельных пятен с целью повысить силу их зрительного воздействия на глаз, но это не приводит к упрощенности цветовой выразительности -- стилизованные цветы и орнаменты разбивают цельность пятна и, будучи самыми светлыми акцентами на всем холсте, повышают значение данной зоны цвета. Особая вибрация цвета и освещения, ритмичности пятен-линий, где одно переходит в другое, пронизывая все единым ритмом, порождает тем самым удивительную пластическую гармонию произведения.

Та же гармония царит и в жутковатой красоте «Охоты», где цвет и свет обладают большой эмоциональной выразительностью. Краски тревожные и печальные создают атмосферу призрачности.... Желтый цвет оперенья птиц таит в себе призрак смерти. Специфический характер света сообщает зловеще-таинственное настроение, придавая особую многозначительность изображению. С помощью особого ритмического строя художница создает ощущение некой иносказательности, когда у зрителя появляется смутная догадка, что за явленным взору скрывается некая утаенная, трансцендентная сфера.

Интересно и пространственное решение в полотнах последних лет. Так если ранние работы создают открытое пространство, пространство в которое можно войти, то в таких произведениях как «Охота», «Антракт», «Флора и Фауна» — это закрытое, невпускающее пространство. Плотные темные фоны, как бы прессуют изображение, проецируя его на картинную плоскость, вызывая ощущение замкнутости. Этот иллюзорный экран, усиливая картинную плоскость, создает барьер между миром картины и зрителем, он не дает проникнуть внутрь, излучая в то же самое время мощный энергетический поток.

Искусство Нателлы Тоидзе по своей смысловой наполненности довольно неоднозначно и требует от зрителя интуитивно-эмоционального вживания, поскольку это не столько мир реальности и мир фантазии, сколько мир данный нам в ощущение и мир эмпирический, мир мысли, красочной проекцией зафиксированный художницей на холсте. Так что, если говорить о векторе развития творческого метода Нателлы Тоидзе, то я бы определила его не как переход от импрессионистической манеры письма к декоративной, а как движение от реальности в изображении природы к реальности в передаче человеческих ощущений и настроений. Непосредственная открытость чувств и переживаний сквозит почти во всех работах, наполняя их весомой значительностью, за которой богатство и сложность внутреннего мира художницы. Но об этом мире трудно говорить и писать, ибо «Мысль изреченная — есть ложь». Может поэтому так пронзительна оглушающая тишина поздних работ? Но если бы меня попросили одним словом определить, то главное, что составляет сущность искусства Нателлы Тоидзе, то я бы назвала исповедальность.



ГлавнаяО МузееНовостиКоллекцияВыставкиВиртуальная ЭкскурсияРесурсыОбщениеАрт-Салон


Copyright © 2002 Московский Музей Современного Искусства
Built by Covariant Systems Covariant Systems