Николай Тарасов



ГлавнаяО МузееНовостиКоллекцияВыставкиВиртуальная ЭкскурсияРесурсыОбщениеАрт-Салон

Московский Музей Современного ИскусстваART

Поиск
Поиск
Обратно


Николай Тарасов




Кризис авангарда был предопределен. Его плодотворные искания завершились на рубеже 1910–1920-х. Сами лидеры ему изменили первыми. Они стали думать о музеях и о традициях. Наметился решительный бросок к реальности. Ресурсы живописи оказались неисчерпаемы. Здесь не обязательно было открывать новые горизонты, накопленного оказалось достаточно для всех. У живописи тех лет есть свой вкус, неповторимый, полный очарования, как у осенних и спелых плодов в саду, когда природа спешит на покой… В мастерской художника мы погружаемся в новый мир. Нас не интересует запах краски, хотя за время визита наша одежда невольно им пропитается. Нас интересует вкус самой живописи; хотим смаковать его, им наслаждаться. Мастера 1920–1930-х дают такую великолепную возможность. Хочется знать и чувствовать, как интимно один мазок осторожной кисти сочетается с другим, как тронут цвет на палитре, как краска перенесена и положена на полотно. Пятна, создаваемые мазками, складываются в хрупкие колористические гармонии. Художники этих десятилетий ценят оптическое единство картинного образа, стремятся к его эквивалентности миру. Умело строя пространственные планы, они, как правило, не любят далеких перспектив. Их мир обжитой, освоенный. Здесь нет и не может быть драм и трагедий. Тихий мир, когда чувства не угасли, а легли на дно сердец. Как после бури романтизма наступила эра бидермаейра, коснувшегося искусства всех стран (в России это – А.Г.Венецианов и его школа), с его тихой поэзией комнат и уютного быта, прогулками по знакомым улицам и садам, так и вслед за экспериментами авангарда появилось желание отдохнуть измученной душой. Стоит вспомнить, что жизнь в СССР тогда была не для всех приемлемой, а порой и страшной. Невольно хотелось сбежать в свой уголок, к своим привычкам, к своим любимым вещам, к своей любимой живописи. Такая живопись не создана для демонстрации в парадных залах, она интимна по существу. Тут человек говорит с человеком, говорит через образы и краски. В такой манере невозможно написать доярку в поле, стахановца на стройке или заводе. Она создана для интимного сопереживания, для посвященных в ее маленькие, но такие важные тайны. Это искусство еще не оценено достаточно в полном своем объеме и значении. Мы только идем к нему…


Портрет М.В. Раубе-Горчилиной

Тарасов, Николай
1930 
Холст, масло 



ГлавнаяО МузееНовостиКоллекцияВыставкиВиртуальная ЭкскурсияРесурсыОбщениеАрт-Салон


Copyright © 2002 Московский Музей Современного Искусства
Built by Covariant Systems Covariant Systems